Силуэт Красной площади напоминает одну‑единственную открытку: краснокирпичные стены, луковичные купола, толпы людей, делающих один и тот же снимок. Но за одним неорусским фасадом на краю площади скрывается нечто гораздо более насыщенное, чем любой кадр. Государственный исторический музей работает как вертикальный архив, где подъем по лестницам одновременно становится путешествием назад во времени.

Внутри обломки каменных орудий и фрагменты древней керамики обозначают человеческое присутствие задолго до того, как появилось само слово «Россия». Затем залы концентрируются вокруг средневековых летописей, иллюминированных рукописей, икон и литургической металлической утвари, превращая абстрактные даты в предметы, которые легко принять за образцы современного дизайна. Через несколько шагов императорские скипетры, троны и придворные костюмы разыгрывают взлет самодержавного государства, а карты и военные регалии раскрывают изменчивость границ и власти.

Дальше повествование переходит к советскому периоду, где агитационные плакаты, бытовая техника и промышленные макеты соседствуют с политическими знаками отличия, показывая, как идеология пронизывала материальную культуру. Вместо того чтобы разрывать эпохи, здание выстраивает их одна над другой, этаж за этажом, так что посетитель проходит через трехмерный «учебный курс» по истории России. То, что с площади кажется лишь еще одним пышным архитектурным памятником, изнутри оборачивается сжатой, проходимой пешком временной линией.