Бегущий гепард по своей биологии гораздо ближе к драгстеру, чем к стайеру-марафонцу. Во время преследования частота его сердечных сокращений может подскакивать более чем до 250 ударов в минуту, ударный объем сердца резко возрастает, а доставка кислорода к мышечным волокнам достигает предельного уровня. Однако удерживать максимальную скорость животное способно всего лишь в течение нескольких ударов сердца, потому что его энергетическая система переключается на затратное анаэробное дыхание, которое очень быстро приводит к накоплению в мышцах лактата и ионов водорода.

Такая «конструкция» — результат эволюционной настройки в пользу мощности, а не длительности усилия. В конечностях гепарда преобладают быстрые мышечные волокна, которые обеспечивают максимальную силу и ускорение, но плохо переносят утомление. Высокий базальный уровень обмена веществ в сочетании с крупными легкими и эластичным позвоночником позволяет животному развивать взрывное ускорение, но выработка тепла опережает возможности системы терморегуляции. Температура тела быстро растет, и продолжение нагрузки чревато перегревом и повреждением органов.

Вместо того чтобы формировать «марафонский» запас прочности сердечно-сосудистой системы и преимущество медленных мышечных волокон, естественный отбор «выбрал» хищника, который завершает охоту за секунды — до того, как тепло и продукты обмена окончательно нарушат работу его организма. Экологическая ниша гепарда — это узкое окно предельной скорости: либо выиграть мгновенно, либо так же быстро прекратить погоню.