Один маршрут по Таиланду может восприниматься как три разных проектных задания. В Бангкоке системы массового транспорта намеренно проложены мимо святилищ и храмовых комплексов, так что выходы из метро превращаются в прямые переходы в религиозное пространство. В итоге получается не столкновение, а скорее городской эксперимент по смешанному использованию территорий, когда духовные практики делят один и тот же транспортный поток с офисными служащими и туристами.

Далеко на севере Чиангмай предлагает совсем другой сценарий. Сетка улиц старого города и окружённый рвом периметр работают как жёсткая рамка, а кафе выстраиваются гроздьями вдоль её краёв, демонстрируя замедленную версию принципа предельной полезности: каждое новое заведение с латте приносит немного меньше новизны, но укрепляет образ района как места определённого стиля жизни. Темп падает, но движение людей, ноутбуков и историй остаётся интенсивным, превращая стены исторического центра в фон для мягкой, ненасильственной креативности.

На Пхукете логика снова меняется — теперь уже от градостроительной теории к геоморфологии. Знаковые пляжи здесь лежат у подножия известняковых массивов, которые в результате длительного воздействия прибойных волн и карстовых процессов превратились в утёсы, скалы-останцы и укромные бухты. Эти скалы одновременно выполняют роль природного рва и гигантского рекламного щита: они концентрируют курорты, маршруты лодок и поток снимков для социальных сетей в пределах определённых заливов, оставляя внутренние холмы относительно тихими, словно сама береговая линия задаёт границы дальнейшей застройки.