Гладкая поверхность воды, стремительно бегущая вдоль борта, может скрывать жестокую цифру: скоростной катер нередко движется в десятки раз быстрее элитного пловца, но при этом субъективно кажется вполне контролируемым. Мозг не отслеживает реальные метры в секунду; он считывает закономерности света и движения вокруг тела.

На автомагистрали плотная « застройка » вдоль дороги создает мощный оптический поток: деревья, дорожные знаки и разметка полос быстро смещаются в стороны по сетчатке глаза, постоянно давая параллаксные подсказки для восприятия глубины и масштабирования пространства. В лодке же ближайшая текстурированная поверхность — береговая линия — зачастую находится далеко, поэтому угловая скорость изображения на сетчатке остается низкой, даже когда линейная скорость взлетает до огромных значений. При слабом относительном движении зрительная кора занижает скорость и как бы «растягивает» воспринимаемое расстояние.

Вестибулярный аппарат во внутреннем ухе добавляет еще одно искажение. Он реагирует на угловое и линейное ускорение, но быстро привыкает к постоянной скорости, а по спокойной воде движение может быть очень плавным, с меньшим количеством высокочастотных вибраций, чем на дорожном покрытии. Ослабленная соматосенсорная обратная связь — меньше шума от шин, дрожания рулевого колеса и ощущаемого аэродинамического сопротивления — лишает мозг дополнительных ориентиров, к которым он обычно привязывает восприятие движения. В результате возникает систематический сдвиг: людям комфортны скорости на воде, которые по запасу кинетической энергии и тормозному пути сильно превосходят те значения, что они инстинктивно готовы принять на суше.