Огромные, медленно моргающие собаки — это не миф из арсенала родителей, а результат генетической стратегии. Сравнительные исследования гигантских пород, таких как ньюфаундленд и пиренейская горная собака, с миниатюрными породами показывают, что те же гены, которые обеспечивают экстремально крупный размер тела, одновременно пересекаются с нейронными контурами, регулирующими страх, возбуждение и импульсный контроль.

Поведенческие генетики в первую очередь указывают на селекционное разведение. В течение многих поколений люди скрещивали самых крупных и устойчивых рабочих собак для охраны стад, перевозки тяжестей и проведения водных спасательных работ. Этот процесс косвенно отфильтровал аллели, влияющие на гипоталамо‑гипофизарно‑надпочечниковую ось, понизив базовый уровень кортизола и ослабив стартл‑реакции. Крупных сторожей, которые впадали в панику, кусались или начинали хаотично преследовать, исключали из разведения, тогда как спокойные, послушные животные передавали свой геном дальше.

Сам размер тоже перестраивает всю систему. У гигантских собак ниже частота сердечных сокращений и удельная базальная скорость обмена веществ, поэтому выброс и выведение стресс‑гормонов у них происходит по иной временной схеме, чем у нервных миниатюрных пород. Нейровизуализационные работы связывают некоторые варианты генов роста с отличиями в реактивности миндалины и уровне префронтального торможения, что облегчает таким собакам паузу перед реакцией, когда малыш хватает их за ухо или спотыкается под их грудью.

Социальная «химия» добавляет еще один уровень. У многих гигантских рабочих пород отмечается более выраженный выброс окситоцина при мягком телесном контакте с человеком, что усиливает терпимость и стремление к близкому взаимодействию. Одновременно некоторые небольшие декоративные линии исторически отбирались не столько за эмоциональную устойчивость, сколько за бдительность, быструю реакцию лаем и своеобразную поведенческую «гипернастороженность» — черты, которые соотносятся с генами, контролирующими синаптическую передачу и сенсорную обработку. В итоге возникает парадокс масштаба: у самых крупных собак нервная система часто содержит больше всего резервных «предохранителей» безопасности.