Снег отражает и заливает голубоглазую кошку светом, но она по‑прежнему различает каждую линию, тень и малейшее движение. Причина не только в цвете радужки, а в том, как устроен глаз и как мозг обрабатывает изображение.

В голубой радужке меньше меланина, поэтому внутрь глаза проникает больше рассеянного света, и блики усиливаются. На первый взгляд это выглядит как просчет в конструкции, но картину меняет вертикальный щелевидный зрачок с его огромным диапазоном регулировки. Когда зрачок сужается до тонкой щели, он резко ограничивает поток света и одновременно увеличивает глубину резкости, превращаясь в диафрагму, которая возвращает контраст даже на ослепительно‑белом фоне. Затем роговица и хрусталик фокусируют этот уже отфильтрованный световой пучок на сетчатке, настроенной на работу в слабо контрастных условиях.

На поверхности сетчатки плотно расположенные палочки отвечают за яркость и движение, а колбочки передают детали и цвет. Позади них отражающий слой, тапетум, усиливает сбор фотонов в темноте, но одновременно может немного рассеивать лучи; пигментный эпителий сетчатки и местный меланин частично глушат это рассеяние. Далее вступают в работу ганглиозные клетки сетчатки и зрительные зоны коры мозга, выполняющие почти в реальном времени выделение контуров и усиление контраста, биологический аналог алгоритмов обработки изображений. За счет избирательного торможения нейроны подавляют засветку от бликов, и кошка видит четкие очертания, а не сплошное белое пятно.

Цвет глаз, таким образом, лишь смещает исходный уровень освещенности, а механика зрачка, микроструктура сетчатки и вычислительная работа нервной системы вместе выравнивают ситуацию, позволяя голубоглазой кошке уверенно ориентироваться в самом ярком снежном поле, словно перед ней идеально откалиброванный экран.