В густо заселённой колонии пингвинов тёмная нора остаётся на одном и том же кусочке земли, хотя её хозяин может исчезнуть в просторах океана и спустя долгое время вернуться точно к своему входу. Магеллановые пингвины делают это, не умея летать, без заметных ориентиров и без человеческих приборов. Они опираются на внутренний магнитный компас, который превращает магнитное поле Земли в надёжную карту, необходимую для выживания и размножения.

Исследования магниторецепции показывают, что эти пингвины улавливают наклон и напряжённость геомагнитного поля Земли с помощью специализированных рецепторов, вероятно связанных с тройничным нервом или с молекулами криптохрома в сетчатке. В экспериментах, где магнитное поле слегка изменяют, птицы меняют направление движения, что указывает на наличие компаса, зависящего прежде всего от магнитного наклонения, а не только от зрения или обоняния. Такой компас даёт стабильную систему отсчёта в тех условиях, когда волны, течения и облака стирают остальные сигналы в открытом море.

Считается, что молодые пингвины калибруют эту систему во время первых выходов за кормом, связывая определённые характеристики магнитного поля с линией берега, кормовыми участками и местом колонии. Океанские течения, ветер и небесные ориентиры затем служат дополнительными подсказками, уточняя маршрут, который начинается и заканчивается магнитной навигацией. Во время каждой миграции птицы совмещают пространственную память с внутренним компасом и в итоге находят вход в собственную нору среди множества похожих ходов, даже после переходов на тысячи километров.