Стальные рельсы, когда‑то уложенные под паровозы, до сих пор определяют пределы скорости современных электрических скоростных поездов. Ширина колеи, геометрия трассы и устройство стрелочных узлов задали механическую основу, которую последующим поколениям технологий пришлось не пересматривать с нуля, а терпеливо принимать как данность.

Изначально выбранная колея зафиксировала боковую динамику колёсных пар и кинематику тележек, сузив возможности для повышения устойчивости против рыскания и безопасного запаса по недостатку возвышения. Виражи, уклоны и габариты проектировались под небольшие осевые нагрузки, умеренные скорости и удобство угольной логистики, а не под аэродинамическое сопротивление, работу токоприёмника или эффективность рекуперативного торможения. Когда появились современные системы сигнализации, контактная сеть и силовая электроника, их пришлось просто наслаивать на уже зацементированную геометрию, связанную старыми вложениями и жёсткими рамками полосы отвода.

Это наследство ограничивает радиусы кривых, расстояния между платформами и конструкцию стрелок, а значит, упирается в потолок скорости движения, пропускной способности и удельного энергопотребления. Чтобы вырваться из этих унаследованных рамок, новые скоростные линии часто приходится прокладывать по отдельным коридорам, фактически дублируя существующую сеть вместо её простой модернизации.