Ручной блок W16, стоящий на верстаке, больше напоминает тонкий часовой механизм, чем продукт тяжёлой промышленности, хотя его собирают, чтобы он выживал на скоростях свыше четырёхсот километров в час. Каждая поверхность, каждый зазор, каждый крепёж обрабатываются так, будто это деталь турбийона, но техническое задание у этого агрегата ближе к реактивному двигателю, который должен работать так, словно постоянно находится в режиме взлётной тяги.

Главный секрет здесь не в мистическом ремесле, а в жёстком контроле напряжений, тепла и потоков воздуха. Расчёты методом конечных элементов задают форму картера и головок блока цилиндров так, чтобы пиковые механические напряжения при запредельных оборотах не выходили за пределы выносливости материалов. Камеры сгорания, клапаны и поршни пронизаны густой сетью масляных и охлаждающих каналов, которые целенаправленно гасят жесточайшие тепловые перепады и рост энтропии внутри блока. Высокоточная обработка удерживает допуски, стабилизирует толщину масляной плёнки в подшипниках и не даёт поверхностям схватываться на микросварках.

Вокруг двигателя сам автомобиль работает как активный охлаждающий кожух. Аэродинамика здесь отвечает не только за низкое сопротивление, но и направляет зоны высокого давления к радиаторам, каналам охлаждения тормозов и интеркулерам, превращая кузов в движущийся теплообменник. Несколько турбокомпрессоров включаются поэтапно, чтобы наддув, температура выхлопных газов и защита от детонации оставались в узком рабочем коридоре, за которым круглосуточно следит плотная сеть датчиков и замкнутые алгоритмы управления двигателем.

Ресурс закладывается задолго до того, как к машине прикоснётся первый владелец. Силовые агрегаты часами гоняют на стендах в затяжных режимах полного газа, имитируя многократные разгоны на максимальную скорость, пока детали не подойдут к границе усталостного разрушения. Потоки данных с тензодатчиков, термопар и вибросенсоров возвращаются обратно в конструкторский цикл и наращивают запас надёжности, который позволяет объекту уровня часового шедевра стабильно жить в режиме четырёхсоткилометровой машины.