Две бусинкоподобные глаза богомола, почти неподвижные в своих глазницах, всё равно выстраивают трёхмерную картину мира с точностью, сопоставимой с человеческим зрением. Секрет не в силе мышц, а в вычислениях. Вместо того чтобы крутить глазами, насекомое слегка наклоняет голову и опирается на жёстко согласованную работу двух глаз, выжимая информацию о глубине из крошечных изменений точки обзора.

Учёные, изучающие стереозрение богомолов, показали, что каждый фасеточный глаз собирает мозаику сигналов, которые затем сравниваются между левым и правым глазом, чтобы вычислить бинокулярный параллакс — тот же ключевой параметр, на котором основано и человеческое восприятие глубины. Но у насекомого есть свой приём: особые нейроны используют смещение изображения при движении и совпадения во времени, превращая короткие кивки головы в насыщённые подсказки о расстоянии, без постоянного слежения глазами. Эта нейронная схема берёт на себя ту работу, которая у позвоночных распределена между глазодвигательными мышцами и зрительной корой, но в итоге даёт сопоставимый по функции результат.

Поскольку богомолу нужны точные оценки дистанции для броска на добычу, его зрительная система настроена на близкие цели и использует высокое пространственное разрешение только там, где это критично для охоты. Такое прицельное распределение вычислительных ресурсов намекает на общий принцип: для восприятия глубины не нужны большие подвижные глаза, достаточно стабильного расстояния между ними, надёжных сигналов параллакса и нейронных алгоритмов, подогнанных под конкретную экологическую нишу.