У лесов своя арифметика, и остальные экосистемы в ней почти всегда проигрывают. Они занимают меньше трети суши, а на них приходится примерно четыре пятых всей растительной массы планеты. Причина простая: лес не стелется тонким слоем по земле. Он забирает ещё и высоту — складывает древесину, ветви и листья ярус за ярусом, превращая пространство в живой запас.

Главный ход — рост вверх. Высокие стволы и кроны собирают свет сразу на нескольких уровнях, поэтому на каждом квадратном метре лес может производить куда больше органики, чем луг. Древесные ткани, жёсткие и стойкие к распаду, удерживают углерод надолго. Из-за этого каждый новый год фотосинтеза не обнуляет систему, а просто добавляет ещё один слой к уже накопленному.

Есть и другая сильная сторона — плотность. В зрелом лесу над каждым квадратным метром почвы висит огромная площадь листвы, и вся она работает одновременно. Глубокие корни тянут воду и питание из большого объёма почвы, поддерживая эту тяжёлую зелёную машину. У травянистых и кустарниковых сообществ оборот углерода быстрее, но запас почти никогда не вырастает до такого уровня. Поэтому лес — это не просто больше жизни. Это жизнь гуще, тяжелее, долговечнее.